Человеческую сексуальность можно разделить на девиантную (искаженную, извращенную) и недевиантную (здоровую).
Здоровая сексуальность — это такое сексуальное поведение, для которого первостепенное значение имеют чувства, а сексуальное влечение не только вторично, но и автоматическое следствие этих чувств..
Утверждение, что для здоровой сексуальности человека первичны чувства, кажется спорным с точки зрения разных теорий (например с точки зрения теории Фрейда), согласно которой любовь саму можно считать девиантным поведением, а именно заторможенным у цели либидо. Нормальное либидо трактуется как биологическое стремление к слиянию с любой здоровой особью противоположного пола, а вот любовь — это искажение движения либидо, его торможение у цели и накопление, благодаря которому простое сексуальное влечение превращается в экзальтированное чувственное стремление к слиянию не только тел, но и душ. Такой взгляд на любовь достаточно логичен и даже остроумен, однако будет полезно взглянуть на этот предмет иначе.
Не только у людей, но даже и у животных либидо не может проявляться как стремление слиться с любой здоровой особью, если существует большой выбор. Животное не может одновременно слиться с несколькими особями и вынуждено выбирать. Если объективно оценить уровень скученности самцов и самок человеческого вида на один квадратный километр большого города, станет понятно, что избирательность становится основной характеристикой сексуальности современных людей. А от избирательности сексуальность приобретает сложный механизм, поскольку выбор осуществляется не на инстинктивном уровне, а на личностном. С этой точки зрения, любовь — это не экзальтация чувственной страсти, произошедшая от торможения либидо, а изначальный выбор лучшего партнера. В силу необходимости выбора либидо тормозится, накапливается, человек осуществляет выбор (влюбляется), либидо концентрируется на этом единственном объекте, и возникает та самая чувственная экзальтация, эйфория от страстной влюбленности. Последовательность именно такова, и экзальтация следствие влюбленности, а не ее причина, как представлял это Фрейд. Особенно если мы рассматриваем недевиантную схему, то есть человека, не обремененного сексуальными фиксациями на фетишах. Здоровая сексуальность — это сексуальность, роль которой вторична..
Здоровый человек выбирает для себя лучшего из доступных ему вариантов, проникается глубокой симпатией к его личности и только тогда позволяет своему либидо реализоваться в этом направлении. При здоровой сексуальности не либидо управляет разумом человека, а разум управляет либидо. Правильное либидо не чрезмерно, не болезненно, не разрушительно, оно контролируется и реализуется в согласии с тем, что для человека важнее всего, то есть в согласии с его принципами и ценностями..
Девиантная сексуальность — это другая история. Любопытно то, что здоровая сексуальность часто воспринимается как слишком холодная и ущербная. Многим людям, хочется, чтобы страсть свалила их с ног и обрушилась на голову, вопреки здравому смыслу (ну а потом, конечно, как в детских сказках оказалось, что это чудовище — прекрасный принц). Такие люди придают чувственности первостепенное значение и считают ее слабой, если она подчиняется разуму. На самом деле, в области психического норму и патологию разделяет лишь степень проявления. Яркое живое воображение — это норма. Ожившее воображение, то есть галлюцинации — патология. Позитивный и радостный настрой — это норма. Надрывное постоянное веселье — патология. И так во всем. То же самое касается сексуальности. Норма — это контролируемая и умеренная страстность, которая органично вписывается в рамки основных приоритетов человека и социума. Суть девиантной сексуальности в том, что в силу определенных обстоятельств пренатального и постнатального развития ребенка, а затем подростка, сексуальные реакции закрепляются на фетишах.
Понятие фетишизма в современной сексологии расширено. Фетишами уже не считаются только неодушевленные предметы, которые заменяют сексуального партнера, как в середине девятнадцатого века. Фетиш — это любые атрибуты, образы, действия и даже сценарии, которые запускают механизм сексуального возбуждения. Фетиш, если он возник, царствует над сексуальностью. Происходит расщепление человека как бы на два существа. Одно разумное, стремящееся к стабильному и позитивному сотрудничеству с партнером, второе — к разного рода извращениям. Так как удовлетворение фетишистских потребностей приносит мгновенное сексуальное удовольствие, второе существо очень часто держит верх в борьбе расщепленных частей. Женщина понимает, что ее любовник жестокий и подлый человек, она искренне страдает от его обращения с ней, но он так брутален и доминантен, что она каждый раз млеет от его грубости и не может побороть сексуальное влечение. Это пример фетишизма. Мужчина видит, что его любовница будет отвратительной женой и матерью, но у нее такие эротичные формы и такой сексуальный голос, что он не может побороть свое к ней физическое влечение. Это тоже пример фетишизма..
Чтобы ослабить девиантность, необходимо, прежде всего, осознать, что противоречие, которое возникает между тем, что сознательно нравится и хочется человеку и тем, куда его сексуально тянет, это именно девиация, а не закон природы. Не надо привлекать авторитет классиков литературы с их сетованиями на то, что в брачном союзе любовь не живет, что любовь всегда конфликтует с рассудком, что любовь это демон или вообще смерть. Среди классиков полным полно сексуальных девиантов, и повторить их личную жизнь мало кто захочет. И ссылаться на сексологов с психологами, мол я в норме. Надо перестать называть свой порок талантом, а свою болезнь темпераментом. Необходимо увидеть в себе слабость. Что касается сексуальности, какой бы девиантной она ни была, она все равно подчиняется воле человека. Самые сильные и могучие сексуальные фиксации плавятся и меняются, если человек осознанно и твердо устанавливает нравственные запреты. В этом случае либидо послушно занимает дозволенный коридор и умещается в приемлемое русло. Не стоит демонизировать сексуальность. Не такая уж это страшная сила, чтобы не подчиняться разуму